АНАЛИТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ К. ЮНГА

Дополнительное образование для психологов и психотерапевтов

в Восточно-Европейском институте психоанализа

ЭПИГРАФ…

Вечный спор одной части человечества с другой по вопросу о первичности телесно-материального или ментально-идеального, по-видимому, будет длиться еще не одно тысячелетие. Этой славной участи не избежала и психотерапия, прочно обосновавшись в ментальном и почти упустив из виду телесное бытие человека.

З. Фрейду удалось напомнить интеллигентным ученым и профессорам об инстинктах (углубление “вниз”), и Фрейд связал инстинкты с развитием психики (психосексуальное развитие), а не тела или форм телесной экспрессии. К. Юнгу, человеку невиданной в психиатрии эрудиции и внутренней культуры, в свою очередь, удалось вернуть “инстинктивному человеку” Фрейда духовность, Дух и творчество (углубление “вверх”), однако это оставило после него больше вопросов, чем ответов. И на главный вопрос о первичности он ответил ясно и однозначно ¾ не существует пресловутого “примата генитальности”, но существует “примат Духа” над материей. В процессе развития личности низшие формы творчества и любви (репродуктивные) постепенно трансформируются в высшие (продуктивные), содержащие в себе низшие ступени так же, как “человек духовный” несет в себе “человека инстинктивного”. Это один и тот же человек, у которого одно единственное тело. В период роста он следует за телом, в период зрелости ¾ тело следует  за ним.

Телесное бытие человека с первого момента его существования наделено двойственностью: оно движимо инстинктами (биологическое начало) и обладает аффективной наполненностью (психическое явление, имеющее телесную представленность). Дальнейшее развитие показывает, что к телу обращена и сила Духа. З. Фрейд выстраивал свою логику человеческого бытия, следуя логике тела: инстинкт ¾аффект ¾ идея. К. Юнг рассматривал человеческое существование с альтернативных позиций: архетип (духовный принцип формообразования) ¾ аффект ¾ идея. Исследуя психические явления, К. Юнг никогда не претендовал на создание сколько-нибудь стройной и логичной теории. Более того, подчеркивая иррациональную природу базисных психических явлений, он настаивал на применении в их описании и понимании эквивалентных им по природе (иррациональных) сознательных моделей. Вообще наука, как считал Юнг, построена на предубеждениях, при помощи которых невозможно познание человеческой индивидуальности, пред которой всякие предубеждения становятся бессмысленными: “Человек является самим собой ¾ это самое большое допущение, которое вызывает самые серьезные последствия”.

Следуя за тезисом Юнга о том, что “научная теория является лучшим прикрытием для невежества и недостатка опыта”, можно отметить, что не стоит задаваться целью создания сколь-нибудь целостной теоретической модели для объяснения того психотерапевтического процесса, который выстраивается в творческом союзе с клиентом. Возможно обобщение, упорядочивание и определение приоритетов в этой сложной научной области на основе эмпирического психотерапевтического опыта и методологических допущений.

Точка отправления, методологический фокус – взаимодействие телесного и ментального. Психотерапевт, аналитик не может игнорировать телесную сферу бытия человека и вынужден задавать себе вопрос о взаимоотношениях телесного и ментального. Эпоха монистического подхода к объяснению этих взаимоотношений (по принципу “либо-либо”) породила два враждующих между собой лагеря: материалистов и идеалистов. Первых, как известно, в России значительно больше, и, по их мнению, “психика вырастает из мозга”, т.е. в мозге (в теле) находится первопричина психического (примат материи). Не менее абсурдным кажется альтернативное идеалистическое толкование взаимоотношений телесного и ментального, ищущее причину физической телесности в бестелесном идеальном измерении. Фрейдовская позиция, сводящая психическое к одному началу ¾ инстинктивному, ¾ что означает буквально следующее: “психическое вырастает из тела”, ¾ является примером монистического (материалистического) подхода в психотерапии.

К. Юнгу часто приписывают подобные взгляды, ему несвойственные, и, чтобы не быть голословной, приведу одно из его высказываний: “Мы должны полностью отказаться от идеи, что психика каким-то образом связана мозгом, и вместо этого вспомнить об “осмысленном” и “разумном” поведении низших организмов, у которых мозг отсутствует. Здесь мы оказываемся гораздо ближе к первичному фактору, который ... не имеет ничего общего с деятельностью мозга” 2. Только в своих ранних работах К. Юнг предполагал, что может существовать мозговой субстрат психических явлений, но впоследствии пришел к выводу о существовании одного ¾ первого ¾ фактора вне этих двух противоположных начал ¾ unusmundus, как всеобщего организующего закона (Л.О.В.).

Дуалистом проводится “двойное” независимое исследование в каждом параллельном измерении: отдельно ¾ в телесном (“причина телесного ¾ в теле”), и отдельно ¾ в ментальном (“причина ментального ¾ в психике”). Путем простого сложения пресловутое единство не получить “в голове” исследователя.

Монизм и дуализм исходят из принципа причинной обусловленности: либо одна противоположность является причиной другой, либо каждая из них имеет свою причину. Но существуют более продуктивные варианты решения данной гносеологической проблемы, ибо только в познании противоположности возможно разделить. Одним из них является гегелевский диалектический принцип существования “третьего”, не являющегося первыми двумя, но объединяющего в себе природу и сущность этих двух начал. Другим ¾ юнгианский принцип синхронистичности ¾ внепричинного совпадения событий, смысловой пространственной упорядоченности. Принцип синхронистичности введен Юнгом как принцип, дополнительный к причинному, вместе с которым он составляет архетип порядка.

Синхронистичностью, согласно Юнгу, называются невероятные феномены беспричинной природы ¾ “смысловые совпадения” во времени, разнесенных в пространстве событий.

Наиболее известным примером феномена синхронистичности является история об интеллектуальной клиентке д-ра Юнга, которой приснился золотой скарабей, но смысл этого символа оказался для нее недосягаемым из-за обилия  рациональных защит сознания и “невозможности” существования золотого скарабея в реальности. В момент обсуждения сна в стекло комнаты ударился реальный жук, очень напоминавший скарабея. “Вот ваш скарабей”, ¾ произнес Юнг свою знаменитую фразу, заметив случайное совпадение ¾ беспричинный порядок, установившийся в это мгновение в его комнате.

Смысловая упорядоченность мира, как считал Юнг, не имеет никаких причин. Смысл самоосуществляется и самосуществует в каждое мгновение в каждом явлении мира. Самосуществование смысла является трансцендентальной функцией в пространстве и времени, упорядочивающей бытие вещей в мире.

Юнг пишет: “Связь между событиями имеет отличный от причинного характер и требует другого принципа объяснения” 4. По мнению Юнга, большое количество индивидуальных наблюдений за событиями в мире случайностей поддается статистическому анализу, а сами случайные события собираются в так называемые “ацикличные группы”. В психоидном мире, насыщенном случайным и уникальным, по убеждению К. Юнга, царят законы синхронистичности, и по тем же законам устроена связь тела и души.

К. Юнг, создавая собственное направление в психотерапии, подчеркивал, что единственным юнгианцем является он сам. Действительно, среди постъюнгианцев много психотерапевтов, которые считают себя его учениками, но не точно истолковывают даже понятие архетипа.

Работа в парадигмах юнгианского анализа и аналитической психологии, адресованных “человеку духовному”, всецело зависят только от одного профессионального качества психотерапевта ¾ внутренней культуры. К. Юнг был энциклопедистом, читавшим древнейшие книги (на латыни, греческом, санскрите и др. языках), возраст которых исчислялся столетиями и тысячелетиями. Трудно себе представить современного, размышляющего “внешними” причинами, экстравертного психолога или психотерапевта, сидящим в библиотеке за изучением древних текстов.

Юнга спрашивали: “Как вы поставили такой диагноз?”, он отвечал: “Хорошо, я объясню, но для начала мне придется объяснить вам, что вы должны знать для того, чтобы быть в состоянии это понять”. И еще, в связи с этим же: “... лежащие в основе моих результатов наблюдения, вероятно, незнакомы большинству, а потому и кажутся необычными” 58.

Глубокий интерес К. Юнга к духовным явлениям и философии поднял прикладную науку врачевания душевнобольных до теоретических размышлений о Духе:

“Психология, удовлетворяющая только интеллект, никогда не бывает практической, т.к. целостность души никогда не может быть схвачена одним лишь интеллектом”.

“Психология ¾ это не наука о сознании”. Сознание выводится из мозга, из чувств (теперь ¾ и из тела). Фрейд вывел бессознательное из сознания”.

Аналитическая психология отличается от экспериментальной психологии тем, что не пытается изолировать отдельные функции (...), а также подчинить условия эксперимента исследовательским целям; напротив, она занята естественно происходящим и целостным психологическим явлением...”.

Понять целостное психическое явление можно в том случае, если понимающий открывает к нему не только один свой интеллект, но ¾ душу. К. Юнг был одним из первых, кто вернул в психологию потерявшуюся и выпавшую из нее душу. Всю свою жизнь он пытался понять то, как она устроена. “... Душа, как и “личность” (Persona), есть функция отношения,  ¾ она состоит как бы из двух частей, ¾ одной, принадлежащей индивиду, и другой, причастной объекту отношения...”.

В работе “Либидо и его метаморфозы” К. Юнг пишет о структуре души, объединяющей содержания сознания и бессознательного. Сознательное эфемерно и сиюминутно, но необходимо для упорядочивания жизни человека. Сознательные процессы охватывают его разум, волю и ощущения; интуицию, чувства и влечения в  наименьшей степени подвержены сознательному контролю и пониманию. Бессознательные процессы противостоят сознательным, но движутся им навстречу (энантиодромия или встречное движение) ¾ принцип взаимодействия противоположностей, установленный Гераклитом и используемый в качестве главного допущения в аналитической психологии К Юнга. Все, что исключает сознательный разум, находит свое воплощение в ближайшем бессознательном.

В бессознательное Юнг поместил источник и форму духовного наследия человечества, а точнее, возможность выхода к нему ¾ архетип, назвав этот уровень бессознательного коллективным. Сам Юнг горько сетовал, что понятие архетипа является иррациональным, и потому сложным для научного понимания. Но и сама “псюхе”, как естественное образование, писал Юнг, “есть иррациональная данность”, “опознанный универсум” 63. У К. Юнга существует множество определений архетипа, например:

“Архетип ¾ трансцендентная по отношение к сознанию реальность, вызывающая к жизни комплексы представлений, которые …. выступают в виде мифологических “мотивов”.

“Архетипов имеется ровно столько, сколько есть типичных жизненных ситуаций. Бесконечное повторение отчеканило этот опыт на нашей психической конституции ¾ не в форме заполненных содержанием образов, но прежде всего как форм без содержания, представляющих такую возможность определенного типа восприятия и действия”.

Архетип является душевным органом, но действует вопреки воле и разуму. Архетип пуст ¾ он создает и опосредует только саму возможность трансформации из примитивной (глиняной как метафоры, телесной) формы своей первоначальной инстинктивной сущности совершить прорыв в иные, божественные (духовные) измерения.

Центральным архетипом К. Юнга является архетип Самости, Self. Одним из важнейших символов Самости он считал символ Предвечного Младенца. Юнга привлекают общие мифологические мотивы героических мифов, в которых путь героя начинается с рождения особого младенца:

  •  чудесное рождение младенца-богочеловека;
  •  покинутость и сиротство в первые моменты жизни;
  •  божественное могущество младенца и незащищенность;
  •  спасение и возвращение младенца;
  •  гермафродитизм (как у большинства богов).

 Юнг считает, что младенец как символ объединяет в себе противоположные начала: одиночество и в то же время покровительство богов; примитивную досознательность и трансцендентность; нечто не установленное, неотделенное и завершенность нуминозно-возвышенного; подверженность опасностям и непобедимость и т.д. Младенец символизирует множественное состояние самости на самых ранних этапах индивидуации. Человек, обладающий множественной самостью, бессознательно стремится отождествить себя с множественностью группы, т.к. только внутри группы он способен переживать свою целостность и непрерывность своего бытия. Архетип Предвечного Младенца является ведущим на стадии личного младенчества до вторичной идентификации ¾ до “рождения Героя”.

В постъюнгианской глубинной психологии младенческое состояние души названо “Внутренним Ребенком”. Этот термин в настоящее время стал общеупотребительным в психотерапевтических школах. Какие бы трансформации не происходили в душе человека, его внутренний ребенок остается ребенком, чудесным и ужасающим, постоянно требующим внимания и, в какой-то момент жизни, ¾ воплощения. Он ужасен в своем нарциссизме, но чудесен в творческой непосредственности.

 Само слово “архетип” было заимствовано Юнгом у древних философов и Гете. Филон называл архетипом образ бога в человеке; Платон ¾ вечную идею; Блаженный Августин ¾ исконный образ, лежащий в основе человеческого познания; схоластики ¾ природный образ, лежащий в основе человеческого познания.

Таким образом, архетип К. Юнга ¾ это идея, выросшая из его индивидуального жизненного впечатления о существовании универсальных способов человеческого бытия. Архетип обладает рядом свойств ¾ коллективностью, глубиной, автономностью, аттракцией (силой притяжения) и определенной формой.

Отношения между архетипом и опытом строятся в движении процесса формообразования. Каждая из сторон ¾ внутренняя (архетипическая) и внешняя (средовая) ¾ влияет на другую, формируя собственноличный опыт субъекта. В архетипических формах кристаллизуется прошлый опыт и санкционируется будущий.

/В тексте использованы гравюры А.ДЮРЕРА/

 

 

 

Список документов

  • паспорт (копия),
  • диплом о высшем образовании (копия),
  • выписка из трудовой книжки, подтверждающая наличие опыта работы,
  • 2 фотографии размером 3х4,
  • квитанцию об оплате текущего модуля программы

Контакты

Вы можете связаться с нами:

Тел: 8 (800) 3333-77-6 доб. 25
Шкомбарова Елена,
заместитель декана по ДПО

По e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Лаврова Оксана,
руководитель программы

По e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Тяпин Алексей,
разработчик портала